Артем застегнул молнию на тяжелом чемодане, поднял его со пола и поставил у самой двери. В коридор вышла Елена, держа в руках толстую папку с медицинскими выписками и распечатанную программу международной конференции. Она бросила документы на консольный столик и потянулась к его рюкзаку, стоящему на пути.
— Паспорт, полис и командировочное удостоверение упаковал? — Елена расстегнула внешний карман рюкзака, проверила наличие пластиковых папок и кивнула. — Пропуск на металлургический комбинат не забудь, ты его на тумбе в прихожей оставил.
— Уже в кармане куртки, — Артем подошел ближе, перехватил ее руку и шутливо щелкнул пальцами по застежке ее рюкзака. — А ты свои доклады собрала? Или планируешь три дня в Москве слушать коллег с открытым ртом?
— Мой доклад заявлен первым в пленарной части, — Елена с легкой иронией приподняла подбородок и отступила на шаг к зеркалу, поправляя воротник строгой блузки. — Так что открой рот ты, когда будешь читать новости на сайте академии. Смотри не застрянь там в своем промышленном городке. Три недели — это долго.
— Выдержу как-нибудь без твоих медицинских терминов за завтраком, — Артем хмыкнул, достал из кармана ключи от машины и подбросил их на ладони. — Главное, чтобы ты тут без меня не нашла себе какого-нибудь молоденького ординатора для интеллектуальных бесед.
— Мечтай, — Елена коротко улыбнулась, подошла вплотную и поправила лацкан его пиджака. Голос ее звучал ровно, без единой лишней эмоции. — Переведи деньги за коммунальные услуги до пятницы. И не забудь вызвать мастера для профилактики котла на даче, пока будешь в отъезде.
Артем кивнул, подхватил чемодан и выкатил его на лестничную площадку. Замок входной двери щелкнул за его спиной сухо и привычно.
Внедорожник Артема пробивался сквозь плотный мокрый снег по темному участку объездной трассы. На обочине, уткнувшись бампером в сугроб, стояла старая «Лада» с мигающей аварийкой. Артем ударил по тормозам, остановил тяжелую машину в нескольких метрах перед заглушенным автомобилем и переключил селектор коробки передач в режим парковки.
Он вышел на морозный воздух, достал из багажника толстые пусковые провода и шагнул к занесенной снегом машине. Окно водительской двери опустилось на пару сантиметров. Из салона доносился оглушительный детский крик, а за рулем сидела молодая девушка, сжимая в дрожащих пальцах погасший смартфон.
— Вызовите эвакуатор, пожалуйста! — крикнула она, и ее голос сорвался на сип. — Мы тут уже час стоим, аккумуляторы сели, печка отключилась, ребенок замерзает!
Артем дернул на себя ручку водительской двери, отстегнул ремень безопасности девушке и подхватил из детского кресла на заднем сиденье плачущего трехлетнего мальчика, завернутого в потертую куртку.
— Быстро в мою машину, — скомандовал Артем, указывая подбородком на работающий внедорожник. — Там тепло. Сидите и не выходите.
Он перенес ребенка на заднее сиденье своего автомобиля, прибавил климат-контроль на максимум, вытащил из бардачка бутылку воды и закрыл дверь. Затем вернулся к старой «Ладе», подцепил «крокодилы» проводов к клеммам, дождался, пока схватится чужой аккумулятор, и сам завел чужой двигатель.
Когда он вернулся в салон внедорожника, девушка утирала слезы рукавом, а ребенок, переставая плакать, крутил в руках пластиковый брелок от его ключей.
— Я Алина, — выдохнула она, снизу вверх глядя на Артема. Пальцы ее рук перестали дрожать, она порывисто схватила его за рукав куртки. — Господи, вы просто спасли нас. На этой трассе никто не останавливался. Вообще никто. Вы настоящий рыцарь. Я думала, мы тут замерзнем.
— Бывает, — Артем выпрямил спину, чуть откинулся на сиденье и включил передачу. — Поеду за вами, провожу до дома. Где вы живете?
— На въезде в город, у старого завода, — Алина прижала сына к себе, не сводя глаз с Артема. — У нас там никого нет. Муж бросил, когда Тимошке полгода было, алиментов не платит. Я одна кручусь на смене в кафе. Кабы не вы… даже не знаю, что бы я сегодня делала. Вы один добрый человек на весь этот город.
Артем расправил плечи, поправил зеркало заднего вида и удовлетворенно кивнул.
В тесной съемной квартире Алины пахло сыростью. Артем поставил на кухонный стол два больших пакета из дорогого ресторана и положил рядом коробу с большим пластиковым грузовиком на радиоуправлении. Тимофей тут же вцепился в коробку, разрывая упаковку.
— Артем, ну зачем так много? — Алина всплеснула руками, накинула ему на плечи свежее towel и заглянула в глаза. — Это же ужасно дорого! Ты и так прошлую неделю за квартиру заплатил. Мне даже неудобно…
— Забудь, — Артем достал из пакета контейнеры с горячим горячим и разложил на столе приборы. — Ребенку нужны нормальные игрушки, а тебе — полноценная еда, а не сухие макароны. Посиди, я сам все расставлю.
В этот момент в кармане пиджака Артема запел телефон. На экране высветился видеозвонок от Елены. Артем замер, бросил взгляд на Алину, которая внимательно следила за его движениями, и сбросил вызов. Через секунду он быстро набрал текстовое сообщение: «Затянулось совещание с директором завода по пусконаладке. Перезвоню завтра».
— Это жена? — тихо спросила Алина, опустив голову и комкая в руках край фартука. — Да? Ей не нравится, что ты задерживаешься? Я знала… Я лишняя. Тебе лучше уйти. У тебя там нормальная, успешная жизнь, а мы тут со своими проблемами…
— Перестань, — Артем подошел к ней, взял за плечи и заставил поднять голову. — Елена — самодостаточная женщина. Ей от меня нужны только вовремя оплаченные счета и отчеты о поездках. Она хирург, у нее на уме только ее операции, конференции и диссертации. Ей вообще никто не нужен. А здесь я вижу, что действительно спасаю человека.
— Ты мой герой, — шепнула Алина, прижимаясь щекой к его груди. — Ты самый умный и самый великодушный человек на свете. Без тебя мы просто пропадем.
Артем зафиксировал подбородок, уверенно обнял ее за талию и сжал пальцы на ее плече.
Дверь петербургской квартиры распахнулась. Артем вкатил чемодан в прихожую и бросил ключи на тумбу. Елена стояла в проеме кухни, скрестив руки на груди. На столе перед ней лежал распечатанный детализированный счет по его банковской карте с выделенными маркером строками: снятие наличных в региональном банкомате, оплата детских магазинов, счета из ресторанов на двоих.
— Мы не будем устраивать длинных прелюдий, — чеканным тоном произнесла Елена. Голос ее был сухим и твердым. — Ты переводил деньги посторонней женщине последние два месяца. Ты сбрасывал мои звонки. Обсудим условия раздела имущества?
Артем поставил чемодан на попа, расстегнул куртку и бросил ее на пуф.
— Елена, давай без этого твоего ледяного тона, — громко сказал он, сделав шаг вперед. — Я не могу больше жить во лжи. Да, я встретил человека. Ей нужна помощь, ей нужно мужское плечо. Я нашел свою судьбу, понимаешь? С тобой мы превратились в двух роботов, которые только и делают, что сверяют графики! Я хочу чувствовать себя мужчиной, а не функцией!
Елена молча подошла к чемодану, подхватила его за боковую ручку и с силой швырнула в сторону входной двери. Чемодан с грохотом врезался в косяк и расстегнулся, часть вещей вывалилась на паркет.
— Каким мужчиной? — Елена шагнула к нему вплотную, ее глаза сузились, но дыхание оставалось ровным. — Спасителем нищих и сирых? Ты просто нашел девочку, которая смотрит на тебя снизу вверх, потому что ты купил ее ребенку грузовик! Это не судьба, Артем. Это твоя трусость и банальнейший кризис среднего возраста! Тебе стало скучно быть равным партнерству, захотелось стать богом местного значения!
— Замолчи! — огрел воздухом Артем, сделав шаг назад и вскинув руку. — Ты никогда меня не ценила! Тебе всегда важна была только твоя карьера!
Елена наклонилась, подхватила с полки их совместную фотографию в рамке и бронзовую статуэтку — его награду за лучший IT-проект года — и выставила их прямо за порог, на бетонный пол подъезда.
— Забирай свои игрушки и свой комплекс полноценности, — ответила она и указала пальцем на дверь. — Квартира куплена до брака моими родителями. Долю в даче выкупишь по рыночной стоимости или отдашь через суд. Встретимся у нотариуса. Пошел вон.
Елена захлопнула дверь перед его носом. Щелкнул тяжелый ригель замка.
Прошел год. Съемная двухкомнатная квартира на окраине Петербурга встретила Артема шумом работающего телевизора и криками. Он тяжелым шагом вошел в прихожую, едва не наступив на раскиданные по полу пластиковые детали конструктора. Из кухонной раковины доносился запах немытой посуды.
Артем поставил на пол два тяжелых пакета с продуктами из супермаркета. На диване в гостиной лежала Алина, уткнувшись в экран смартфона. Тимофей в этот момент пытался засунуть металлический пинцет в розетку рядом с телевизором.
— Алина! — Артем рябчиком метнулся через комнату, вырвал пинцет из рук ребенка и оттолкнул его от стены. — Ты совсем с ума сошла?! Он же себя убьет! Ты почему за ним не смотришь?!
Тимофей зашелся в ультразвуковом крике, упал на ковер и стал бить ногами по полу. Алина медленно поднялась с дивана, не выпуская телефон из рук.
— Что ты на меня орешь? — взвизгнула она, вставая в позу. — Я целый день с ним одна! Он целый день орет, у него зубы режутся, или гиперактивность, я не знаю! Я вымоталась! Ты пришел с работы и начинаешь упреки кидать!
— Ты вымоталась?! — Артем быстро разгрузил пакеты, бросая упаковки с сыром и мясом на кухонный стол. — Ребенок уже четыре месяца ходит в частный детский сад, за который я плачу по сорок тысяч в месяц! Чем ты занимаешься целый день? Я десять часов провел на тяжелейших пусконаладочных тестах! Посечему в доме бардак? Почему ты не идешь учиться? Я же нашел тебе курсы по тестированию ПО!
— Да сдались мне твои курсы! — Алина залилась слезами, закрыв лицо руками. — Я ничего в этом не понимаю! Ты сам меня из моего города увез! Ты обещал, что я буду как за каменной стеной! Ты говорил, что защитишь от всего! А сам теперь требуешь от меня, чтобы я стала как твоя бывшая?! Чтобы я шпарила по-английски и деньги в дом таскала?! Ты меня не любишь! Ты просто издеваешься!
Артем зажмурился, сжал пальцами переносицу и молча вышел из кухни, задев плечом дверную раму.
В прихожей зазвонил домофон. Артем отпер дверь и впустил своего бывшего коллегу и приятеля Игоря. В руках у Игоря была папка с техническими документами по совместному фриланс-проекту.
— Заходи, — Артем быстро сгреб со стола в гостиной детские красящие карандаши и разбросанные носки, освобождая место. — Присаживайся. Сейчас чай организую.
Из спальни выплыла Алина в домашнем костюме. Она небрежно кивнула гостю и села на край дивана, доставая пилочку для ногтей.
— Игорь, слушай, — обратился к нему Артем, раскладывая на столе чертежи. — Мы по той трехфазной схеме не проходим по пиковым нагрузкам. Помнишь, как в прошлом году на объекте делали? Нам нужно оптимизировать алгоритм.
— Да, — Игорь развернул диаграмму. — Там надо применить тот же принцип распределения данных, о котором твоя Елена в своей последней публикации писала. Ты видел ее работу?
Алина громко фыркнула, не отрываясь от ногтей:
— Ой, да ладно вам. Опять свои железки мусолите. Игорь, а вы знали, что Артем мне обещал летом на море поехать, а сам опять на свои дежурства собирается? Мужики все одинаковые — только работать и умеют, а семье время уделить — фигушки.
Игорь замер, недоуменно переглянулся с Артемом и кашлянул:
— Ну, у нас специфика работы такая… Сложные системы, ответственность.
— Какая еще специфика? — Алина встала, подбоченилась и уставилась на гостя. — Обычный компьютерщик! Подумаешь, кнопки нажимать весь день! Вот у меня подруга выскочила за владельца автомойки — тот ее в Дубай два раза в год возит! А я тут сижу в четырех стенах!
— Алина, займись ребенком, — сухо и сквозь зубы чеканя каждое слово, сказал Артем. Его пальцы, держащие ручку, побелели.
Алина вспыхнула, резко повернулась, схватила подбежавшего Тимофея за руку и с грохотом захлопнула дверь в спальню. В квартире наступила тишина.
Игорь помялся, аккуратно собрал свои бумаги и поправил галстук.
— Артем, я, пожалуй, пойду. Документы я тебе на почту скину.
— Подожди, — Артем схватил его за локоть на пороге. Голос его дрогнул. — Что… что там у Елены? Ты сказал, публикация?
Игорь остановился и посмотрел на него сочувственным, тяжелым взглядом.
— Елена месяц назад докторскую защитила. Назначили заведующей отделением кардиохирургии. Провела какую-то уникальную операцию, о ней во всех профильных журналах пишут. Выглядит отлично. Купила новую квартиру в центре, дом ваш дачный полностью перестроила… Ладно, Артем. Счастливо тебе.
Игорь выскользнул за дверь и быстро спустился по лестнице. Артем остался стоять у закрытой двери, глядя в глазок на пустую площадку.
Поздний зимний вечер. Крупный мокрый снег валил на парковку во дворе элитного жилого комплекса, где раньше жил Артем.
Он стоял у высокого забора, подняв воротник куртки, и смотрел на окна четвертого этажа. В окнах бывшей квартиры горел теплый, яркий свет. На балконе стояла Елена — в домашнем свитере, с чашкой в руке. Она о чем-то спокойно разговаривала по телефону, улыбалась и поправляла выпавшую прядь волос. В ее движениях считывалась абсолютная уверенность, покой и свобода.
Артем достал из кармана телефон. Пальцы замерли над экраном. Он зашел в мессенджер, открыл чат с Еленой — последний диалог датыровался днем их визита к нотариусу год назад.
Он начал быстро набирать текст: «Лена, привет. Я совершил ужасную, чудовищную ошибку. Я превратил свою жизнь в ад. Я скучаю по нашим разговорам, по твоему уму, по нашей нормальной жизни. Пожалуйста, дай мне просто прийти и поговорить. Один шанс. Я все исправлю, я уйду от нее, я…»
Палец завис над кнопкой отправки.
Артем посмотрел вверх. Елена на балконе сделала глоток из чашки, попрощалась с кем-то по телефону, повернулась и вошла в светлую, чистую комнату, задернув плотную штору.
Артем перевел взгляд на экран телефона. Перед глазами встало лицо Алины, её беспомощные слезы, трехлетний Тимофей, который называть его «папой» и без него просто пропадет в своем провинциальном городке. Бросить их сейчас — означало стать окончательным подлецом и для них, и для самого себя. Вернуться к Елене было невозможно: она никогда, ни при каких обстоятельствах не примет назад мужчину, променявшего партнерство на дешёвое поклонение.
Артем медленно, буква за буквой, начал нажимать клавишу удаления. Текст сообщения таял на экране, пока поле ввода снова не стало пустым.
Он сунул телефон глубоко в карман, сжал кулаки так, что ногти впились в ладони, повернулся и пошел сквозь сугробы обратно к своей старой машине, стоящей у выезда из двора.
Справедливо ли поступила Елена, жестко и без шанса на диалог выставив мужа за дверь после первой же измены, или ей следовало попытаться разобрать глубокий кризис в их браке и спасти десятилетние отношения?
